Приключения московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Теперь он шестнадцатилетний Павел Ивлев, школьник, и получил шанс прожить жизнь заново. Застой еще впереди, Союз бурно развивается, а самое главное – вокруг самые настоящие советские люди, умеющие искренне дружить и любить.

Попытка переосмысления эпохи великих географических открытий через образ "попаданца", но без "роялей в кустах" и революционных технологий. Парусники, пираты, пряности, золото и индейцы-людоеды. Прошлое 10-го и начала 12-го века: прусы, маги, крепость Аркона и Русь. 16-й век: Американский континент, Португалия, Папа Борджиа, Иезуиты, Мартин Лютер и наша подводная лодка. Роялей..... За каждым кустом по два.

Первое, что я увидел, когда в глазах появился свет и зрение стало постепенно восстанавливаться, были люди, склонившиеся надо мной. Я жив, сука! Я жив! — я хотел заорать это обрабатывающим меня докторам, но кроме сухого, надсадного сипения, выдавить из горла я ничего не мог... Сброшенный с крыши многоэтажки, человек, правовед и лояльный государственный служащий, осознает себя в другом месте и в другом времени.

Трое друзей, для которых рамки нашего мира всегда выглядели несколько тесноватыми, перенеслись в другую реальность, повстречав настоящего демона и выжив только чудом. Вокруг абсолютно неизвестные земли, населенные кровожадными нелюдями и людьми, не слишком-то отличающимися от своих соседей. Обстоятельства играют против землян, но у них есть ум, храбрость и удача. А также медленно пробуждающаяся темная сила, которая спасает от одних проблем и втравливает в другие, куда более неприятные. И что же

Хан Батый назвал этот город «злым». Ещё нигде его войско не встречало столь ожесточённый отпор. Русские витязи отважно бились на крепостных стенах маленького Козельска, защищая его от несметных полчищ кочевников. Семь долгих недель длилась осада. Потом город пал. Ворвавшись в Козельск, завоеватели не пощадили никого, даже грудных детей. И вот появился шанс переиграть тот бой, навсегда изменив привычное русло истории. На помощь далёким предкам отправляется отряд российского спецназа во главе с

Вторник 3 января 1967 года. Шестьдесят седьмого года! Бред. Попаданец. Самый настоящий попаданец. Вот только неудачный он какой-то попаданец. Обычно те в себя молодого перемещаются, или в побитого почти до смерти, или, на худой конец, молнией ударенного. Можно разыграть амнезию ретроградную. А тут. Мужик взрослый, с чужой женой и двумя детьми.

Конфедерации больше нет. Зато на её месте возникла Американская империя с императором Владимиром I Романовым, взошедшим на престол по договорённости между настоящими правителями уже бывшей Конфедерации и Императором Всероссийским Александром II. Две империи, связанные между собой родственными узами, да к тому же в связке с некогда великой, но до сих пор сохранившей остатки былого могущества Испанией… Подобный расклад никак не может понравиться «владычице морей» и наполеоновской Франции, которые

Попал в мир по гаремной «этти» манге? Оу, кажется, мечта сбылась, и можно расслабится! Вот только через несколько лет тебя будут пытаться убить. И съесть. Знания, как защитить себя, катастрофически отсутствуют, а клановая «сила» — довольно, гм, специфичная. А между тобой и толпой голодных демонов — двинутая на всю голову кошка-защитница. Можно попробовать тупо следовать канону — с неясными перспективами в конце. А можно — попытаться разобраться с «приданым». В конце концов научный подход, даже

Каждый попаданец желает... 1860 год, Россия (компотная ныне), никаких великих дел, чтобы прогрессорствовать. Даже денег не дали до фигища, зато в мощные долги погрузили и отправили на самое репутационное дно. "Чёртов поручик" (иногда, более культурно, "чёрный") охаян за своё позорное поведение выше крыши, а то, что он сын графа, так это ещё хуже. Как в таких условиях калаш на коленке собрать, когда отвержен и даже из армии с позором выгнали, запретив носить военный мундир?

Люди перестали улыбаться друг другу, не слышны по вечерам, и даже по праздникам, песни и шутки веселых компаний. Дворы перестали быть сосредоточием близких людей. Часто соседи не знают друг друга, а о том, чтобы проводить вместе время, ни у кого даже мыслей не возникает. Людей умело разделили на касты, группы. Научили европейскому образу жизни, когда в дом приглашать гостей не принято, да и средств стало, как у рядовых европейцев — не густо, и каждый старается сэкономить, чтобы лишняя копейка,